Bmw-rumyancevo.ru

БМВ Мастер — Автожурнал
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Газовые двигатели INNIO Jenbacher готовы к работе на водороде

Газовые двигатели INNIO Jenbacher готовы к работе на водороде

  • С сегодняшнего дня газовые двигатели Jenbacher Type 4 доступны как двигатели «Ready for H2» («Готовые к H2«), способные работать на водороде до 100%
  • Начиная с 2022 года, все остальные типы двигателей будут предлагаться как «Ready for H2» с возможностью работы на трубопроводном газе с содержанием водорода до 25%(v) от объема
  • Все агрегаты «Ready for H2» и большинство установленных в настоящее время двигателей Jenbacher, работающих на природном газе, могут переводиться на 100% водород по мере того, как водородный газ будет получать все более широкое распространение

Йенбах (Австрия) – 21 июля BUSINESS WIRE – INNIO объявила сегодня о запуске портфеля «Ready for H2«, который включает двигатели Jenbacher H2, работающие на 100% водородном топливе. Компания рассматривает этот запуск как ключевой фактор и неотъемлемую часть энергетического перехода. Портфель газовых двигателей INNIO «Ready for H2» опирается на продолжительную историю инноваций, отмеченную более чем 30-летним опытом и знаниями в области использования возобновляемого топлива и видов топлива с высоким содержанием водорода, таких как сингаз и технологические газы для производства электроэнергии.

Данное информационное сообщение сопровождается мультимедийными материалами. Полностью пресс-релиз см. здесь: https://www.businesswire.com/news/home/20210721005146/en/

Портфель INNIO «Ready for H2«

На сегодняшний день газовые двигатели Jenbacher Type 4 с приблизительной мощностью от 500 до 900 киловатт (кВт) доступны для работы со 100% водородом или смесями природного газа и водорода.

С 2022 года все другие газовые двигатели Jenbacher компании INNIO будут предлагаться с опцией «Ready for H2«, которая позволяем им работать на водороде, содержащемся в трубопроводном газе в объеме до 25%, и легко осуществлять переход с природного газа на 100% водород.

Кроме того, большая часть установленного в настоящее время парка двигателей INNIO Jenbacher, работающего на природном газе, может быть модернизирована для работы на водороде, содержащемся в объеме до 25% в трубопроводном газе, или переведена с природного газа на 100% водород.

Газовые двигатели INNIO Jenbacher имеют уникальные возможности для водородной генерации энергии.

С опорой на многолетний опыт

Двадцать лет назад первый пилотный двигатель Jenbacher мощностью 150 кВт был запущен на 100% водороде на демонстрационной установке на севере Германии. Два десятилетия спустя, в 2020 году, после нескольких дополнительных демонстрационных проектов, INNIO и HanseWerk Natur начали сотрудничество в области применения водородных газовых двигателей в промышленных масштабах. Компании продемонстрировали флагманский проект с использованием варьируемых смесей водорода и природного газа, включая 100% водород, на первом в мире газовом двигателе мощностью 1 мегаватт (МВт).

«Я горжусь тем, что компания INNIO объявила о выпуске первого портфеля продуктов «Ready for H2» в сегменте генерации электроэнергии 200 кВт — 10,4 МВт. Наш обширный портфель инновационных газовых двигателей Jenbacher, способных работать на различных видах топлива – природном газе, биогазе с нейтральным содержанием двуокиси углерода или топливе с высоким содержанием водорода – помогает прокладывать путь к более экологичному энергетическому будущему», — прокомментировал Карлос Ланге (Carlos Lange), президент и главный исполнительный директор INNIO. – «Газовые двигатели Jenbacher, которые сегодня работают на природном газе, могут быть переведены на H2, когда водород будет доступен на более широкой основе. Это означает, что клиенты, которые сегодня вкладывают средства в двигатели Jenbacher, работающие на природном газе, вкладывают средства в будущее».

INNIO может представить около 90 проектов с водородосодержащим топливом в 28 странах и имеет более чем 30-летний опыт работы с двигателями, которые работают на топливе с содержанием водорода до 70% и имеют мощность более 250 МВт. Эти установки с различными газовыми двигателями INNIO Jenbacher типов 2, 3, 4 и 6 можно найти на всех континентах мира.

Сила водорода

«Зеленый» водород как энергоноситель для хранения нестабильной возобновляемой энергии может хранить возобновляемую энергию в течение месяцев или сезонов. Это делает источники возобновляемой энергии более надежными и приспособленными к диспетчерскому управлению, что способствует ускоренной замене ископаемого топлива в энергетическом секторе.

INNIO стремится идти в авангарде внедрения H2-двигателей, которые будут способствовать ускоренному переходу с ископаемого топлива на возобновляемые источники энергии. Водородные газовые двигатели INNIO Jenbacher будут работать преимущественно в комбинированной теплоэнергетической конфигурации, обеспечивая примерно 90% использования водородного топлива.

В 2021 году EcoVadis удостоила INNIO Jenbacher серебряной медали в знак признания ее стремления к климатически нейтральному, экологичному и безопасному энергетическому будущему. Таким образом, INNIO Jenbacher относится к 17% аналогичных компаний, вносящих наибольший вклад в обеспечение устойчивого развития.

INNIO

INNIO – ведущий поставщик решений и услуг на базе возобновляемого газа, природного газа и водорода для производства электроэнергии и сжатия газа в месте потребления или рядом с ним. При помощи своих газовых двигателей Jenbacher и Waukesha компания INNIO помогает сообществам, промышленности и населению получать доступ к устойчивой, надежной и экономичной электроэнергии в диапазоне от 200 кВт до 10 МВт. Мы также обеспечиваем постоянную поддержку и цифровые решения для более чем 53.000 поставленных по всему миру газовых двигателей, используя для этого нашу сервисную сеть в более чем 100 странах. Мы предлагаем инновационные технологии, основанные на декарбонизации, децентрализации и цифровизации, чтобы помогать прокладывать путь к более экологичному будущему. Штаб-квартира компании находится в Йенбахе (Австрия), а основные производственные мощности – в Уэлленде (Онтарио, Канада), и Вокеше (Висконсин, США). Для получения дополнительной информации посетите сайт компании www.innio.com. Следите за новостями INNIO в Twitter и LinkedIn.

Оригинальный текст данного сообщения на языке источника является официальной, аутентичной версией. Перевод предоставляется исключительно для удобства и должен рассматриваться в привязке к тексту на языке источника, который является единственной версией, имеющей правовое значение.

АО «НПО ЭНЕРГОМАШ ИМ.
АКАДЕМИКА В.П. ГЛУШКО»

Поддерживаем талантливую молодежь

Факты о НПО Энергомаш

Факты о Протон-ПМ

Факты о КБХА

Созданный под руководством В.П. Глушко в НПО Энергомаш при участии Исследовательского центра им. М.В. Келдыша РД-171 и его последующие модификации (РД-180, РД-191) являются самыми современными с точки зрения науки, конструкции, материалов и технологий. Высокое качество и надежность двигателей обеспечивает успешную работу РН «Протон», «Союз», «Зенит», «Ангара», носителя США «Атлас».

Разработанные в АО «НПО Энергомаш» совместно с ГНЦ ФГУП «Центр Келдыша» проекты ядерных двигателей в настоящее время получили дальнейшее развитие в работах под научным руководством академика А.С. Коротеева по созданию транспортно-энергетического модуля мегаватного уровня для перспективных систем дальнего космоса.

Работы Валентина Петровича Глушко по электрическому ракетному двигателю в настоящее время получили широкое развитие, как в системах управления космическими аппаратами, так и в перспективных проектах в качестве двигателей для систем дальнего космоса.

Уверен, что дальнейшее творческое сотрудничество АО «НПО Энергомаш» и ГНЦ ФГУП «Центр Келдыша» позволят успешно решать все задачи ракетного двигателестроения.

Сотрудничество было продолжено в процессе изготовления ракеты-носителя серии «Космос».

На современном этапе наши предприятия реализуют проект по созданию перспективной ракетной техники.

Уверен, наша работа будет продолжена для успешного выполнения всех задач, поставленных государством, для развития отечественной ракетно-космической отрасли.

Предприятие является одним из наших ключевых партнеров, поставляющих двигатели для ракеты-носителя «Протон» и ракет семейства «Ангара».

Созданные НПО Энергомаш жидкостные ракетные двигатели РД-276 для первой ступени РН «Протон» обеспечили высокие энергетические возможности и успешную летную историю этой ракеты. Форсированная тяга первой ступени модернизированной ракеты-носителя «Протон-М» за счет установки РД-276 позволяет существенно увеличить массу выводимой полезной нагрузки. РД-276 является самым мощным в мире из однокамерных жидкостных ракетных двигателей, работающих на высококипящих компонентах топлива.

В ГКНПЦ им. М.В. Хруничева высоко ценят качество и надежность ракетных двигателей, которые НПО Энергомаш создает для перспективных ракет-носителей «Ангара»: для первых двух ступеней РН «Ангара» кислородно-керосиновый двигатель РД-191 — самый лучший в современном мире ракетный двигатель.

От имени коллектива ГКНПЦ им. М.В. Хруничева выражаю искреннюю благодарность коллегам из НПО Энергомаш и надеюсь на дальнейшее плодотворное сотрудничество на благо нашей страны.

Уже более полувека двигатели производства НПО Энергомаш устанавливают на самарские ракеты-носители «Союз».

Ракетно-космический центр «Прогресс» и НПО Энергомаш – надежные партнеры в деле по созданию космических средств выведения.

Сегодня высокий профессионализм и уникальный научно-конструкторский опыт коллектива АО «НПО Энергомаш» позволяют создавать новые усовершенствованные модификации двигателей, успешно реализовать сложные и ответственные проекты, наращивать конкурентоспособность научно-производственного объединения на российском и мировом рынках.

Выражаю твердую уверенность, что и в дальнейшем мы сможем вместе поддерживать славные традиции российской космонавтики и осуществлять новые перспективные проекты.

АО «ГРЦ Макеева» и АО «НПО Энергомаш» связывает история совместной разработки ракетных комплексов, начиная с 1972 года.

АО «ГРЦ Макеева» и АО «НПО Энергомаш» на постоянной основе ведут совместные работы по перспективному ракетному комплексу, в котором используется двигатель 15Д285 (РД-274).

Высокие технические характеристики двигателей разработки АО «НПО_Энергомаш» позволяют создавать ракетные комплексы с требуемыми характеристиками. В ходе проведения совместных работ АО «НПО Энергомаш» обеспечило успешное решение сложных научно-технических проблем, возникающих в ходе применения двигателей в составе носителей и в ходе автономной стендовой отработки.

Желаю коллективу АО «НПО Энергомаш» дальнейших творческих успехов, благополучия и процветания.

Коллективы НПО Энергомаш и НПО Лавочкина связывают крепкие дружеские и партнерские отношения. Мы вместе, являясь градообразующими предприятиями городского округа Химки, вносим вклад в социально-экономическое развитие округа, укрепляем позиции России на международном рынке ракетно-космической продукции и услуг.

В год 110-летия со дня рождения Валентина Петровича Глушко хочу пожелать славному коллективу НПО Энергомаш продолжения добрых традиций, новых побед в создании перспективных ракетных двигателей и дальнейших успехов в модернизации отечественного ракетного и космического двигателестроения.

Сохранение культурно-языкового многообразия в контексте глобальной гражданственности

Об авторе

Фекитамоелоа Утоикаману

Кто-нибудь, возможно, спросит: для чего нам сохранять культурное и языковое многообразие, если мы постоянно говорим о глобальной гражданственности?

Позвольте вкратце представить вам логику соответствующих соображений. Сегодня как никогда бесспорна дальновидность статьи 55 Устава Организации Объединенных Наций, подписанного 72 года назад. Зафиксировав тот факт, что международное сотрудничество в области культуры, равно как и уважение прав человека без различия расы, пола, языка и религии — необходимые условия обеспечения всеобщего благополучия и дружественных отношений между нациями, эта статья заложила фундамент культурного и языкового многообразия.

Сформулированная относительно недавно задача 4.7 цели 4 в области устойчивого развития (ЦУР), касающаяся всеохватного и справедливого качественного образования, ориентирует нас на обеспечение устойчивого развития в сфере воспитания глобальной гражданственности и уважения к культурному многообразию. Далее: реализация положений статьи 55 и ЦУР 4 есть главное условие сохранения мира, оздоровления управления, обеспечения устойчивого развития и гарантий того, что никто не будет забыт.

В самом деле, язык и культура — ключевые компоненты нашей самоидентификации, связующие звенья сообществ и наций. Британская энциклопедия (Encyclopaedia Britannica) определяет язык как «систему устных, жестовых или письменных символов, значения которых служат средством самовыражения людей как членов социальных групп и культурных контекстов. К функциям языка относятся коммуникация, выражение самобытности, игра, выражение творческих замыслов, эмоциональная разрядка» 1 .

Язык и культура представляют собой неразрывно связанные и взаимозависимые системы: они принимают определяющее участие в формировании личности и служат вместилищем знаний. От них в значительной степени зависит наше самовосприятие и идентификация с теми или иными группами.

Мы живем в мире, где на 96% идентифицированных на сегодняшний день 6909 языков говорят лишь 4% населения земного шара 2 . При этом приблизительно на 6% языков говорят более 1 миллиона носителей, что, согласно оценкам, соответствует 94% мирового населения. По сведениям Организации Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО), более половины языков мира находятся под угрозой полного исчезновения 3 .

Читать еще:  Двигатель 15b тойота технические характеристики

Недавние события открыли перед нами новую грань поиска самобытности: стремление принадлежать к той или иной общности, боязнь потери самобытности, поиски смысла в условиях глобализации, когда слишком многие были забыты.

Всё это жизненно важные вопросы сегодняшнего и, без сомнения, завтрашнего дня — что и зафиксировано в статье 55 и ЦУР 4. По-настоящему устойчивое развитие возможно лишь при условии усиленного внимания к языку и культуре — только так можно обеспечить две ключевые предпосылки устойчивого развития: справиться с растущим уровнем тревожности и удовлетворить потребность в принадлежности.

Эвенкийский поэт Алитет Немтушкин запечатлел в стихах чувства представителей тех сообществ, чьи языки — а вместе с ними и самобытность и ощущение принадлежности — стремительно исчезают:

Коль забуду родную речь,

Песни те, что поет народ,

Для чего же тогда беречь

Мне глаза, и уши, и рот?

Коль забуду запах земли

И не так ей стану служить,

Для чего же руки мои?

Для чего мне на свете жить?

Как могу я поверить во вздор,

Будто слаб мой язык и мал,

Если матери смертный вздох
Эвенкийским словом звучал?

Будучи Высоким представителем по наименее развитым странам, развивающимся странам, не имеющим выхода к морю, и малым островным развивающимся государствам (в общей сложности 91 страна), я с большим энтузиазмом воспринимаю тот факт, что страны именно этих трех групп отличаются наибольшим языковым и культурным многообразием, но в то же время мне очень тревожно, поскольку этим языкам угрожает сейчас наибольшая опасность. В маленьком островном развивающемся государстве Папуа — Новая Гвинея зарегистрировано 840 языков — это в два раза превышает число языков, на которых говорят в Европе 4 . В Тихоокеанском регионе — 1300 языков, на каждом из которых говорит в среднем по 1 тыс. человек. Жители Африки говорят на двух с лишним тысячах языков, это примерно 30% от общего числа языков в мире. Но при этом Африка к югу от Сахары — это регион, языки которого наиболее близки к вымиранию. Ситуация гораздо сложнее, нежели та, что отражается в обыденном дискурсе о языках и культуре. Речь идет не просто о сохранении того или иного языка и культуры: ведь оба феномена куда больше, чем обычные артефакты.

Как показали исследования ЮНЕСКО, между биологическим и языковым разнообразием существует безусловная связь. Местные и коренные общины выработали сложные системы классификации объектов окружающего мира, отражающие глубокое понимание среды, в которой они живут: от актуальной информации о росте растений до сведений о питательных веществах и состоянии океана — то есть весь комплекс сведений о функционировании хрупких, но пока еще поддерживающих жизнь экосистемах.

На другом конце спектра — беспрецедентная смесь языков и культур: результат урбанизации, быстрого роста международного туризма и массовых миграций. Возникли грандиозные сплавы культур, распространившиеся на городские пространства, нации и континенты. Тем не менее эти процессы очень часто вызывали ощущение отчужденности как у тех, кто был забыт, так и у новичков, у других же нарастала тревога в связи с утратой собственной самобытности.

В то же время появление и распространение информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) привело к возникновению новых форм коммуникации — таких как трансграничная коммуникация, осуществляемая на нескольких доминирующих языках, а зачастую и посредством значков и символов (эмодзи), фотографий (Instagram, Pinterest), сокращений и обозначений (Twitter).

Каждое из этих новшеств — палка о двух концах. Люди, имеющие доступ к ИКТ и владеющие языками, живут в мире без границ; те же, у кого такого доступа нет, исключены и маргинализированы. Они ощущают, как постепенно исчезает суть их жизни — их язык и культура. Помимо развития торговли и прочих процессов, поддающихся количественной оценке, объединение человечества сулит множество благ, однако мы не должны допустить, чтобы ценой такого объединения стала чья-то самобытность или культурно-языковое своеобразие. Наш долг — избежать ситуации, когда адресатами этих благ окажется кучка избранных счастливчиков, а остальному человечеству они будут недоступны.

Язык и культура не только дают нам жизненно необходимое любому человеку чувство самобытности и принадлежности — их можно с полным правом назвать солью земли. Разве не многообразие является двигателем торговли и туризма?

Начиная с 2000 года ежегодно 21 февраля мы отмечаем Международный день родного языка. Цель этого мероприятия — пропаганда языкового и культурного многообразия и многоязычия. В 2017 году тема Дня звучала следующим образом: «На пути к устойчивому будущему посредством многоязычного образования».

В 2007 году Генеральная Ассамблея Организации Объединенных наций призвала все государства — члены ООН «способствовать сохранению и защите всех языков, на которых говорят народы всего мира» 5 . Год 2008-й был провозглашен Международным годом языков, и по сей день во всем мире прилагаются слаженные усилия для сохранения и пропаганды многообразия культур и многоязычия.

Столь сильная тяга людей к осознанию собственной самобытности и принадлежности указывает на то, что нам необходимо обратить вспять тенденцию к исчезновению культурно-языкового многообразия. Это потребует, помимо прочего, организации условий, позволяющих молодым людям изучать родной язык и разговаривать на нем, имея при этом возможность учить и другие местные и иностранные языки.

Как правило, это достигается в рамках национальной политики наибольшего благоприятствования, которая подразумевает защиту языков национальных меньшинств и поддержку их образовательных систем, включающих в себя качественное преподавание родного языка. Это поможет странам и сообществам добиваться прогресса в выполнении задач, поставленных в статье 55 Устава и ЦУР 4. Кроме того, в деле документирования и сохранения близких к исчезновению или находящихся на стадии быстрой деградации языков наряду с местными сообществами большую роль должны играть лингвисты и другие ученые.

На всем протяжении своего существования человечество сталкивалось с эволюционными вызовами. Однако наш долг — сделать изменения управляемыми и, решая стоящие перед нами задачи, сохранить сокровища нашей культурной самобытности и языкового многообразия. Наш мир, всё более взаимосвязанный, обладает огромным потенциалом для организации значимого культурного диалога и обмена мнениями. Давайте ценить, поддерживать и развивать многообразие, выполняющее роль моста между разными культурами. Давайте осознаем себя глобальными гражданами в мире, гармония которого обеспечивается и обогащается его многообразием. Самое трудное на нашей общей планете — поддерживать баланс между развитием культурно-языкового многообразия, в котором мир сегодня так нуждается, и организацией межкультурного диалога и глобального взаимопонимания, не разрушающего нашу самобытность и не отнимающего у нас чувство принадлежности.

Вот такая задача стоит перед всеми нами — от индивидов и местных сообществ до всего гражданского общества, правительств и международных организаций. Организация Объединенных Наций всегда выступала и будет выступать за развитие партнерского взаимодействия, направленного на процветание культуры и языка и обеспечение всем нам достойного будущего.

Говорит новый директор Итальянского института культуры в Москве Даниела Рицци

Даниела Рицци, известный исследователь русской литературы, нашего Серебряного века и, в частности, поэзии и прозы Мандельштама, возглавила Итальянский институт культуры в Москве. «Огонек» поспешил узнать, в чем наше взаимное притяжение, что самое вкусное в русской кухне и какой толк от иррационализма.

Беседовала Екатерина Данилова

— Так получилось, что вы соединяете в себе любовь к двум культурам — итальянской и русской. Скажите, в чем их взаимное притяжение, сходство, такая горячая потребность друг в друге?

— На этот вопрос очень трудно ответить, хотя я его и ожидала, потому что это притяжение, безусловно, есть. Есть какое-то родство. С другой стороны, очень трудно сказать, в чем именно оно состоит. Легче сказать, откуда пошло это притяжение. Объяснить это с историко-культурной точки зрения. Естественно, Италия для России, как и для всей Европы, была источником вдохновения. И всегда Россия видела в Италии преемника античной культуры. Следы этой античной культуры всюду, и они очень гармонично сплетаются с типичной средиземноморской природой, которая так благоприятна для северного человека. Восхищение этим сочетанием культуры и природы мы находим во всей русской литературе XIX века. Помните, у Баратынского, например, знаменитое стихотворение «Небо Италии, небо Торквата». И у Пушкина в первой главе «Евгения Онегина» тоже говорится об Италии как о таком блаженном месте, где наконец-то дух обретает волю и артистическое вдохновение. Это представление об Италии сохраняется вплоть до начала XX века. Вспомним слова Бердяева о том, что Италия является не просто географическим понятием, а таким локусом духа, «вечным элементом духа», как пишет философ. Она представлялась для России раем именно потому, что здесь душа могла выражаться свободно и испытывать блаженство от соприкосновения с культурой и с природой.

Что касается оборотной стороны вопроса, то есть отношения итальянской культуры к русской, это немножко сложнее. Италия открыла для себя русскую культуру намного позже. В широком масштабе это произошло только в конце XIX и в начале XX века, когда стали известными Достоевский, Толстой. Вообще, итальянская культура открыла глаза на русскую культуру через французскую…

— Через французские переводы?

— В том числе да. В тот период итальянская культура зависела от французской, все новые приобретения в области культуры шли в основном в Италию через Францию. В том числе и открытие русской литературы. Но в Италии сразу выработалось собственное отношение к русской культуре. Особенно, я бы сказала, к идеализму, который она несла.

Италия в великих литературных образцах увидела воплощение широкого идеального масштаба…

— Это как-то совпадало с теми политическими процессами, которые происходили в Италии?

— Это было вскоре после того, как произошло объединение Италии. Наша страна переживала очень глубокие процессы модернизации, изменения в социальной структуре. И поэтому этот глобальный идеалистический взгляд на мир оказался нужным, да. И есть еще один момент. Вскоре после начала нового, XX века вспыхнула Первая мировая война. Италия и Россия оказались на одной стороне против Германии, на одном фронте. И это очень сильно сблизило нас. Антигерманизм стал фактором интереса итальянской культуры к русской, это факт.

Но есть еще один возможный подход к вопросу о том, что сближает. Если верить в то, что существует такое понятие, как фолк-психология, психология народов, закономерно задуматься: а есть ли что-то общее в менталитете, в мировоззрении Италии и России?

— Безусловно, очень многое отделяет наш национальный дух от вашего. Но есть нечто общее. И в Италии, и в России очень часто встречается такое не совсем рациональное отношение к жизни. Когда эмоциональные импульсы преобладают над рациональными соображениями.

— Это же очень рационально — пренебречь рациональностью, иначе просто не выжить…

— Вот именно. Мы в этом убеждены. Но далеко не у всех наций и не во всех странах преобладает такой подход, это очевидно. В этом отношении, по-моему, русская культура и отличается от большинства северных культур…

— С чего начался ваш путь в Россию?

— Я скажу очень банальную вещь, но так оно и было. Я очень много читала всю свою юность.

— А вы из какого города?

— Я из Виченцы. Это очень красивый город, недалеко от Падуи и Венеции.

— Маленький город, состоящий из дворцов.

— Да. При этом самые красивые построены одним архитектором — Палладио. Я много читала. Все подряд, что было на полках в библиотеке моих родителей. Для меня было все равно, что читать — Толстого, Достоевского, Диккенса или Бальзака, классиков или второстепенных авторов, я не очень была тогда разборчивой. Мне важно было общение с литературой, с повествованием. Но того огромного впечатления, которое произвела на меня русская литература, не произвела ни одна другая. И когда я окончила лицей и надо было выбрать, на какой факультет поступать, вспомнила о своей страсти к русской литературе. На лекции Витторио Страды (литературовед, славист, переводчик, историк русской литературы.— «О» ) поняла, что мне надо было учиться у него, его лекции были намного выше всего того, что я слышала от своих преподавателей. В общем, где-то во второй половине 80-х годов я получила стажировку на филфаке МГУ, и она послужила последним толчком.

Читать еще:  Двигатели используемые для кратковременной работы

— Тяжелые перестроечные времена… Думаю, вы увидели нашу страну совсем не в парадном виде.

— Абсолютно не в парадном.

Но тем не менее то, что меня больше всего поразило, что культура, вообще измерение культуры для русских интеллектуалов было делом жизни и смерти. Это было что-то очень глубокое, важное, нужное, способное изменить жизнь, научные интересы, общение с литературой…

— «До полной гибели всерьез».

— Это совсем не типично для итальянского менталитета — углубиться с такой страстью в культурное измерение. И это меня потрясло. Я была тогда молодой и, может быть, более впечатлительной, чем сейчас.

— Какой вам показалась Москва, когда вы ее первый раз увидели? И наверняка это была зима?

— Это была зима. Русская зима — это страшная вещь, и тогда она была страшнее, чем сейчас. Москва была очень серой, грязной, угрюмой. Но в то же время было в ней что-то материнское, что-то утробное что ли.

— И в московской снежной жиже страшно промокали сапоги?

— Конечно, а как же! Это был очень тяжелый для меня год.

— А почему вы не сбежали?

— Ну потому что я человек долга. Я получила эту невероятную возможность провести здесь год и надо было абсолютно во что бы то ни стало этим воспользоваться.

— Когда звонили домой, не плакали?

— Нет, жаловаться — это просто несвойственно для меня. Я не знаю, помните ли вы, как трудно было тогда звонить за границу? Надо было приходить в Главный почтамт, заказывать разговор заранее, ждать и говорить можно было только те минуты, что ты оплатил. И потом беспощадно прерывали на полуслове.

— Извините, а что же вы ели? С продуктами тогда было плохо.

— Не помню. Я точно помню, что в продовольственных магазинах ничего не было. А когда приходила к кому-то домой, всегда был накрыт стол. Первый вопрос, который мне задавали во всех русских домах: вы ели?

— Скажите, а какое впечатление произвела на вас русская еда? Все-таки ваша кухня совсем другая. А русская считается тяжелой.

— На мой вкус она не столько тяжелая, сколько монотонная. Ваша природа, о которой мы только что говорили, не дает возможность иметь столь широкий, как в Италии, набор разных ингредиентов. К тому же эти ингредиенты сочетаются у вас не так, как у нас. И признаюсь, что результат, который получается в Италии, меня больше убеждает. Но у вас очень много вкусных вещей. Например, я обожаю малосольные огурцы и маринованные грибы.

— Тогда в Москве вы и начали плотно заниматься нашим Серебряным веком?

— Да. Но Серебряный век, или, если оставить в стороне русское название этого периода, декаданс конца XIX — начала XX века, всегда интересовал меня.

— Потому что это было соединение века прошлого и нового времени?

— Это был кризисный период, а кризис всегда чреват новизной и новыми ходами мыслей. Кризисный период и в социальном, и в историческом смысле был временем переоценки всех ценностей, когда буквально все, что касалось искусства, литературы и так далее, пересматривалось, переобсуждалось, перевертывалось. И весь этот процесс привел не только к большим изменениям в продуктах искусства, но и во взгляде на искусство как таковое, и во взгляде вообще на все. Из этого периода в самом начале века вышло все то, чем потом жил XX век. Тот же самый авангард.

— А почему вас больше всего увлек Мандельштам?

— Я не могу сказать, что Мандельштам был мне особенно близок. Но он для меня всегда представлял поэтическую загадку, которую хотелось разгадать. Это очень таинственный автор, в значении его стихов трудно разобраться. Для меня это была интеллектуальная задача и личный вызов. Много лет занималась переводом его прозаических вещей, и вот эта книга переводов вышла.

— Для вас какой Мандельштам интереснее? Времени «Камня» или более поздний и трагичный?

— Я люблю «Камень» и «Tristia». Позднего Мандельштама не очень понимаю, за исключением, может быть, цикла «Восьмистишия» и кое-чего из «Воронежских тетрадей». Я люблю его счастливый период, когда у него было ощущение себя как полноценного поэта и человека. И то, что произошло с ним потом, это, конечно, трагично, это раздирает душу. Но, я думаю, нам надо стараться судить о нем и любить его именно как поэта, вне этого трагического измерения.

— Вы сказали, что внутренне вам Мандельштам не так близок. А кто же из русских литераторов того времени вам внутренне созвучен?

— Пожалуй, как поэт — Блок.

— Вы назвали двух таких петербургских поэтов. Какой была встреча с этим городом?

— Москва для меня — это самый любимый русский город, хотя Петербург — один из самых красивых городов в мире. Но то ощущение домашнего очага, который дает Москва, Петербург абсолютно мне не передал.

— А какие места в Москве вы любите?

— Я люблю гулять по Бульварному кольцу. Когда приезжаю в Москву в хорошую погоду, то обязательно начинаю с прогулки по Бульварному кольцу, это мой способ переосвоения своего московского пространства. Ну и, естественно, люблю уголки в центре города, которые не носят торжественный характер. Такие еще остались.

— Сейчас, после того как возглавили институт, вы продолжаете заниматься литературной работой?

— Думаю, что у меня не хватит времени, потому что либо делаешь хорошо одно, либо другое. Но есть одна работа, которую хочу довести до конца и которую начала благодаря ковиду,— у меня оказалось немножко больше, чем ожидалось, свободного времени. Это новый перевод «Разговора о Данте» Мандельштама, который хочу выпустить в будущем году, если это устроит издательство.

— Может, я ошибаюсь, но мне всегда казалось, что итальянская культура настолько самодостаточна, что ей, в принципе, все равно, кто и что о ней думает.

— Конечно, взгляд со стороны важен. Не скажу, что всем. Тем, кто интересуется взаимным отражением и диалогом разных культур, он, безусловно, интересен.

— А в этом отражении есть что-то неожиданное для вас?

— Если говорить в общих чертах, пожалуй, поражает этот ваш неисчерпаемый энтузиазм, очень эмоциональное отношение к нашей стране.

— Есть ли у вас как у директора института какие-то цифры, которые давали бы представление о том, сколько фанатов итальянского языка и культуры в России?

— На этот вопрос трудно ответить. Много частных языковых курсов и школ. Могу сказать, что в общем счете, по-моему, только в московских университетах не меньше тысячи изучающих итальянский язык. А что касается частных курсов, трудно судить. У нас в институте поступают на курсы больше 400 человек в год.

— Скажите, вы, став директором института в этот непростой период, когда возможность культурных связей сильно ограничена, что считаете важным для себя?

— Вы знаете, очевидно, что эта санитарная ситуация разрушила много планов. Но, мне кажется, многое можно сделать, находясь здесь и не двигаясь никуда. Это установление и расширение контактов с русскими институциями, с музеями, университетами, театрами. Очень многое можно сделать в дистанционном формате. Можно работать над расширением контактов с вашими издательствами. Например, итальянская литература переводится, но, может быть, в недостаточной степени. И под литературой я понимаю не только художественную, но и классиков итальянской мысли, которые далеко не все известны и адекватно переведены. Много работы в русских музеях, и не только в Москве и в Петербурге, но и в провинциальных музеях, где есть невыявленные, неописанные, неатрибутированные произведения итальянского искусства.

— Может, будут новые гранты, новые образовательные программы?

— Да, над этим тоже нужно работать, но здесь общение должно происходить скорее между министерствами. При этом очень важно интенсифицировать студенческую мобильность за счет не только европейских программ, но и за счет прямых контактов между университетами.

— Никаких больших выставок, гастролей пока не ждем?

— До нового года это исключено.

— Кино есть в наших планах. Скоро будет фестиваль современного итальянского кино NICE, который проходит каждый год. Только что в кинотеатре «Октябрь» открылась ретроспектива Феллини. Из больших событий ожидается — это относится к итальянской культуре, но не непосредственно к институту,— что в январе в музее им. Пушкина откроется большая выставка художника Джузеппе Арчимбольдо. Это его первая персональная выставка в России, и она была устроена с большим трудом.

— Мы увидим вещи только из итальянских музеев или и из Австрии и Германии, где есть его картины?

— Как сообщают организаторы, отовсюду. Если не ошибаюсь, меньшинство экспонатов будет из Италии, в основном Арчимбольдо будет представлен своими работами из других европейских музеев. Так что к будущему, как только мы вернемся к нормальной жизни, а мы, безусловно, к ней вернемся, рано или поздно, надо готовиться. Но не буду на эту тему ничего говорить, потому что пока непредсказуемо, что будет.

— Можно тогда под занавес нашего разговора я вам задам несколько коротких вопросов? Леонардо или Микеланджело?

— Красное вино или белое?

— Эспрессо или капучино?

— Ни то, ни другое, я не люблю итальянский кофе.

— Какой же кофе вы любите?

— Американский. Разбавленный, разжиженный. То есть я не люблю кофе.

— Вивальди или Верди?

— Смотря в каком возрасте. Нет, нет, Вивальди.

Культура от Путина: Ротенберг строит музеи на деньги из нефтяной «кубышки»

Автор фото, Alexei Druzhinin/TASS

Идею создать культурные центры в четырех регионах предложил Владимир Путин

В трех городах России и в аннексированном Крыму в ближайшие четыре года будут созданы большие культурные центры. Эта идея принадлежит президенту Владимиру Путину. Проект обойдется как минимум в 120 млрд рублей, его профинансируют за счет самой закрытой государственной компании «Роснефтегаз», которую сам Путин называет «нефтяной кубышкой» и вторым кошельком правительства. Деньги освоит компания давнего знакомого Путина Аркадия Ротенберга.

Русской службе Би-би-си стали известны детали одного из самых масштабных и затратных государственных проектов на ближайшие годы — строительства культурных центров в трех городах России и в аннексированном Крыму. Проект настолько важен, что об источнике его финансирования говорит только сам Путин, а руководит его строительством один из главных бывших строителей объектов для Олимпиады.

  • На комедию «Крымский мост» дали деньги без конкурса. Зрителям она не нравится
  • Как выделяются деньги на кино в России и голосуют ли авторы сами за себя
  • Жена главы Росимущества получила деньги на кино. Чем недовольны борцы с коррупцией?

Проект Путина

Четыре комплекса, которые станут региональными филиалами Большого театра, Третьяковской галереи, Эрмитажа и Мариинского театра, построят во Владивостоке, Калининграде, Кемерове и Севастополе.

В ежегодном послании 20 февраля Путин заявил, что они заработают не позднее 2023 года.

Идею создать в регионах филиалы известнейших российских музеев и театров предложил сам Путин в предыдущем послании Федеральному собранию. «Что в запасниках держать столько произведений искусства? Это должны быть настоящие центры культурной жизни, открытые для молодежи, для людей всех возрастов», — сказал тогда Путин.

Читать еще:  Ваз 2106 принцип запуска двигателя

Позднее он рассказывал, что вдохновили его на идею создания центров директор Мариинского театра Валерий Гергиев и директор Эрмитажа Михаил Пиотровский.

«Это большие миссионерские проекты, как если бы из другой галактики прилетели боги и привезли бы счастье», — иронизирует источник Би-би-си, близкий к Кремлю, знакомый с подготовкой проекта.

По его словам, Калининград, Владивосток и Севастополь были выбраны из политических соображений — как приграничные территории.

«Совершенно понятно, что нужно как-то удерживать эти три геополитические территории», — говорит собеседник Би-би-си, добавляя, что благодаря центрам «Россия на своих рубежах будет иметь крепости культуры — балет уровня Большого и Мариинки, выставки уровня Эрмитажа».

Кемерово было выбрано в последнюю очередь (среди претендентов были также Ярославль и Нижний Новгород), говорит еще один собеседник Би-би-си, знакомый с работой над проектом. Остановились на Кемерово, чтобы сделать его «модельным для развития культуры в промышленных центрах».

Автор фото, KREMLIN.RU

Совещание по вопросу создания культурных цетнров 8 января

Совещания по этому проекту проводятся на самом высоком уровне.

8 января специальную встречу (официально это был выходной день), посвященную строительству центров, провел сам Путин. На встрече присутствовали курирующий культуру вице-премьер Ольга Голодец, помощник президента Андрей Белоусов, советник президента по культуре Владимир Толстой, губернаторы регионов, где будут созданы центры, а также Гергиев и Пиотровский, директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова и генеральный директор ООО «Стройгазмонтаж» Сергей Гараев.

Голодец рассказала, что расходы на новый путинский культурный проект обсуждались и на отдельном совещании у премьер-министра Дмитрия Медведева и что она каждую неделю проводит совещания по теме создания центров.

Откуда деньги

Стоимость четырех центров сейчас оценивается в 120 млрд рублей. Такую сумму называл на совещании у Путина его помощник Белоусов. Собеседник Би-би-си, знакомый с подготовкой проекта, подтверждает эту сумму, однако отмечает, что, как это часто бывает с большими стройками, стоимость может вырасти.

Курирующие проект чиновники говорили, что он будет создан на внебюджетные средства, но их источник не называли. Как оказалось, речь идет не о деньгах частного бизнеса.

В январе источник назвал Путин — это деньги «Роснефтегаза», самой закрытой российской госкомпании. Председатель совета директоров «Роснефтегаза» — Игорь Сечин.

Путин не уточнял, единственный ли это спонсор. Но, по словам собеседников Би-би-си в правительстве, знакомых с ходом реализации проекта, «Роснефтегаз» сейчас является единственным источником финансирования строительства центров.

По словам собеседника, знакомого с подготовкой проекта, источником финансирования мог быть выбран «Роснефтегаз», чтобы в условиях кризиса не тратить напрямую бюджетные средства на такой дорогой проект.

Что такое «Роснефтегаз»

«Роснефтегаз» — это компания-посредник, которая не ведет никакой операционной деятельности. Через нее государство владеет контрольным пакетом «Роснефти», долей в «Газпроме» и «Интер РАО», в ней аккумулируются дивиденды по акциям этих компаний. Только половину этих средств она отдает в российский госбюджет. Все дивиденды «Роснефти», которые положены государству за долю в компании, попадают не напрямую в бюджет, а через «Роснефтегаз». Публичных данных о том, сколько денег на счетах у компании, нет. Она не публикует свою отчетность с 2014 года.

Из проектов, которые финансирует «Роснефтегаз», известно о судо верфи «Звезда», принадлежащей «Роснефти», о строительстве четырех электростанций в Калининградской области, о производстве самолетов для региональных авиалиний и авиационного двигателя с большой тягой.

«Роснефтегаз» — это наши нефтегазовые доходы, выведенные в отдельную кубышку», — говорил Путин в январе этого года. А в 2016 году он заявил, что деньги «Роснефтегаза» — это, по сути, еще один бюджет правительства, они тратятся, «когда правительство забывает о том, что есть приоритеты, на которые нужно обращать внимание».

Как утверждает собеседник, знакомый с работой над проектом, «Роснефть» сама хотела вести этот проект, и руководство компании было недовольно тем, что подряд отдали компании «Стройгазмонтаж» Аркадия Ротенберга, которого называют другом Путина.

Пресс-служба «Роснефти» (она же дает комментарии от имени «Роснефтегаза») не ответила на письменный запрос Би-би-си. Пресс-секретарь Роснефти Михаил Леонтьев отказался от общения с Би-би-си по телефону.

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков не ответил на запрос Би-би-си.

  • Друзья Путина с 24 млрд долларов: главное в расследовании OCCRP
  • Мост в Крым будет строить компания Ротенберга
  • Путин за рулем «Камаза» открыл Крымский мост. Главные факты о проекте

Именно потому, что «Роснефтегаз» — непрозрачная организация, а ее деньги — по сути, средства государства, которые лишь условно можно назвать внебюджетными источниками, информация о финансировании строительства центров «вся идет под грифом» и чиновники стараются не акцентировать внимание на источнике финансирования, говорит один из собеседников Би-би-си.

Даже после январского совещания с Путиным, где он упоминал «Роснефтегаз», высокопоставленные чиновники, в ответ на вопрос, на какие деньги будут построены центры, отводили глаза.

Путин, а также вице-премьер Голодец и министр культуры Владимир Мединский заявляли, что строительство четырех центров является частью национального проекта «Культура», в котором расписано выполнение майского указа президента по этому направлению.

Однако в паспорте нацпроекта культурные комплексы во Владивостоке, Калининграде, Севастополе и Кемерово не значатся. Общий бюджет нацпроекта — 113 млрд рублей. Это деньги федерального бюджета и бюджетов регионов, деньги из внебюджетных источников в паспорте не упоминаются.

То есть, фактически, президентский проект — это неформальная часть нацпроекта.

Пресс-служба министерства культуры не ответила на запрос Би-би-си.

Автор фото, Alexander Ryumin/TASS

Аркадий Ротенберг (слева) и Игорь Сечин (справа)

Как потратят и кто построит

«Роснефтегаз» будет перечислять деньги напрямую в специально созданный в мае прошлого года фонд «Национальное культурное наследие», говорят два собеседника Би-би-си, знакомые с деталями проекта. Фонд выступает заказчиком строительства и ведет технический надзор. Контролирует расходование средств на президентский проект федеральное казначейство.

Фонд учрежден Большим театром, Третьяковской галереей, Эрмитажем и Мариинским театром в мае прошлого года. Им руководит Хамит Мавлияров, бывший замминистра строительства и вице-президент госкорпорации «Олимпстрой», которая занималась постройкой объектов для Олимипиады в Сочи.

Подрядчиком строительства выступит компания «Стройгазмонтаж» Ротенберга.

Пока фонд заключил со «Стройгазмонтажом» контракты на строительство трех культурных центров — во Владивостоке, Калининграде и Севастополе. Об этом сообщали севастопольское издание ForPost и РБК. Это подтвердил представитель «Стройгазмонтажа». Сумму контрактов он отказался комментировать.

Пресс-служба фонда не ответила на запрос Би-би-си.

Строительством культурного кластера в Кемерове также займется «Стройгазмонтаж», говорит собеседник Би-би-си, знакомый с работой над проектом.

Ротенберг неоднократно попадал в рейтинг российской версии журнала Forbes «Короли госзаказа». Среди последних многомиллиардных строек его компании — детский лагерь «Артек» и Крымский мост. Как и в случае с культурными центрами, те проекты компания знакомого Путина получила без конкурса.

«Стройгазмонтаж» был выбран как проверенный подрядчик, который «в срок справился с двумя крупными проектами», говорит собеседник Би-би-си.

Автор фото, MKRF.RU

Музейное сообщество против

По словам собеседника Би-би-си, близкого к Кремлю и знакомого с подготовкой проекта, курирующая проект вице-премьер Голодец «очень верит в эту идею». «Но если он не состоится, будет катастрофа», — считает он.

Источник сравнил будущие культурные кластеры с ДНК-центрами, «домами новой культуры», создание которых в 2012 году курировал бывший тогда вице-премьером Владислав Сурков: «У них очень печальная судьба, потому что Сурков ушел, а он горел этой идеей. И если Голодец устанет, то все снова рухнет, будут выброшены миллиарды».

Озабоченность вызывает и будущая система финансирования этих центров, которая пока еще не до конца определена, говорит собеседник Би-би-си. Замминистра финансов Антон Котяков на совещании у Путина говорил, что, по предварительным подсчетам, эксплуатация всех четырех центров оценивается в 12-14 млрд в год. Но это будут уже деньги федерального и региональных бюджетов.

Собеседник Би-би-си, близкий к Кремлю, говорит, что если содержание и наполнение будущих кластеров станет обязанностью региональных властей, то они будут вынуждены урезать финансирование местным учреждениям культуры.

«Как стадионы к ЧМ построили, и стало очевидно, что в Саранске стадион невозможно заполнять. Построили, классно сделали, но потом наступает обыденная жизнь, и надо находить решения, а они находятся только за счет кого-то», — говорит он.

Об этой же проблеме говорит и депутат Госдумы Александр Шолохов, член комитета по культуре и президент Международного совета музеев в России (ИКОМ).

«Вопрос [за чей счет будут содержаться комплексы после постройки] пока не проработан. На примере центров «Россия — моя история» [проект митрополита Тихона (Шевкунова)] могу сказать, что вопрос финансирования решается по ходу, текущими решениями. Без системного понимания, как это будет через пять лет», — говорит он.

По его словам, музейное сообщество негативно восприняло идею создания этих культурных комплексов из-за непрозрачности процедуры создания проекта.

«У музейщиков возникают опасения из-за того, что нет понимания, что же это будет. Понятно, что это будет что-то большое, но что? Они делают вывод, что местные музеи будут лишаться посещаемости и доходности «, — говорит Шолохов.

Впрочем, до Путина эти опасения, видимо, доведены. На заседании президентского совета по культуре и искусству в декабре он говорил, что создание культурных центров не должно идти в ущерб местным учреждениям культуры. «Они не должны, безусловно, чувствовать себя «бедными родственниками», и уж тем более недопустимо их сокращение», — заявил он.

Что будет в каждом культурном центре

Культурный кластер в Кемеров е региональные власти назвали «кварталом искусств» и начали подготовку площадки под строительство. Для будущего культурного центра в центре Кемерова вырубили деревья на набережной реки Искитимки. Там будут построены филиалы Русского музея, Мариинского театра, Гнесинки, многофункциональный концертный зал и кузбасский центр искусств. Также будут построены университет, школа, интернат и общежитие для филиала академии имени Гнесиных.

Объекты планируется построить до 2021 года — к 300-летию Кузбасса, сообщ а ли в администрации Кемеровской области . Общая площадь зданий составит более 80 тысяч кв. м.

В Севастополе на культурный кластер отвели 18 гектаров на мысе Хрустальный. В кластере расположатся филиалы Русского музея, Эрмитажа, Третьяковской галереи, музей обороны Севастополя, театр оперы и балета и киноконцертный зал. Также будут построены жилые помещения, хореографическое и театральное училища.

Проект будущего кластеры должны разработать до конца 2019 года, говорили в пресс-службе правительства Крыма. В январе «Стройгазмонтаж» уже начала расчистку территории под строительство. Ранее глава Севастополя говорил, что затраты на создание кластера составят около 25 миллиардов рублей.

Строительство кластера в Калининграде планируют начать уже весной 2019 года, говорил глава региона Антон Алиханов. Культурный центр появится рядом со стадионом, построенным к ЧМ-2018, на острове Октябрьский.

Помимо филиалов Русского музея, Эрмитажа и Третьяковки там разместится филиал Большого театра. Будут построены общежития и жилые помещения для будущего хореографического училища и театрально-музыкальной высшей школы.

Образовательные и жилые блоки будут закончены к 2020 году. А весь проект кластера должен быть сдан к 2023 году, говорил Алиханов.

Культурный кластер во Владивостоке будет разделен на две части. В самом городе построят концертный зал Мариинского театра и музейных комплекс, состоящий из филиалов крупнейших российских музеев и Приморской галереи. Там же расположится и театрально-музыкальная высшая школа. А на острове Русский построят филиал академии Ваганова, филиал музыкальной школы при академии Чайковского и жилые помещения.

Хотите узнавать обо всем самом важном и интересном через мессенджер? Тогда подписывайтесь на наш Telegram-канал.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector